Песни Пастушка

 

Песни Пастушка

 

 

 

 

 

 

 

Разбудил отец сына рано-рано.

Разбудил отец сына ни свет, ни заря.

Разбудил отец сына до первых петухов.

Погладил отец сына рукой своей дряхлой по буйной голове.

Открыл сын глаза свои.

Увидел отца.

Увидел мать свою за спиной отцовской.

Стоит, платком глаза утирает.

Разбудил отец сына.

Говорит:

«Вставай, сынок, просыпайся.

Вставай-за дела принимайся.

Было время – водил я корову-кормилицу нашу пастись в Золотые Луга.

Теперь твой черед».

Отвечает сын отцу:

«Еще Солнышко-красное не вставало.

И я вставать не хочу.

Зачем разбудил меня рано-рано?

Зачем разбудил меня ни свет, ни заря?

Зачем разбудил меня до первых петухов?»

Говорит отец таковы слова:

Когда Солнышко-красное встанет – встречай его на Золотых Лугах.

Мой отец встречал там Солнышко.

Потом я встречал.

Теперь твой черед.

А не встретишь – обидится Солнышко-красное.

Не взойдет из-за пригорочка.

Умертвит тогда весь Белый Свет Марена –злющая.

Заберет весь Белый Свет Марена-проклятущая.

Она под Землею-сырою томится.

Мраком-смрадом из Земли сочится.

Она род пастуший хочет истребить.

Хочет Белый Свет навеки погубить».

Спрашивает сын отца:

«Скажи, отец, скажи, Пастушок, скажи Пастушок Пастушку:

Как Марену победить?

Как ее перехитрить?»

Говорит отец таковы слова:

«Возьми Дудочку-подруженьку.

Возьми Дудочку-отцовскую.

Возьми дудочку заветную.

Она тебе поможет.

Я ее от отца своего получил.

Я ее пуще жизни хранил.

Теперь твой черед.

На Дудочке играй –

Солнышко высоко поднимай –

Речку-чистую освещай –

Землю-матушку ублажай.

Береги Дудоку пуще собственной жизни.

Она из беды выручает.

И правде наставляет».

Встал Пастушок, оделся-подпоясался.

Дудочку за поясок засунул.

Вышел во двор.

На дворе – тише тихого.

На дворе – серее серого.

На дворе – мертвее мёртвого.

Зевнул Пастушок, потянулся.

Вывел корову из хлева.

С отцом-матерью простился.

В путь-дороженьку пустился.

 

Спрашивает Пастушок у Дудочки:

«Скажи-скажи, Дудочка.

Скажи-скажи, заветная.

Скажи-скажи, отцовская:

Чего в пути остерегаться?

Чего в дороге опасаться?»

Отвечала Дудочка, Дудочка-подруженька:

«Пока я с тобой – смело иди по отцовскому пути.

Нечего в дороге опасаться.

Нечего в пути остерегаться.

В Луга Золотые придешь – опасайся Марены-проклятущей.

Остерегайся Марены-злющей».

 

Шел Пастушок, шел – поля неоглядные прошел.

Шел Пастушок, шел – болота зыбкие прошел.

Шел Пастушок, шел – поля неоглядные прошел.

Долго ли, коротко ли шел – в Луга Золотые пришел.

Посмотрел Пастушок на пригорочек – Солнышко-красное проснулось.

И запели птицы в небе синем.

Затрепетали листики под свежим ветерком.

Запахли цветы луговые.

Засверкали травы изумрудами.

Омылось все росою утренней.

И засияли луга чистым золотом.

Отпустил корову Пастушок пастись в луга.

Сам на пригорочек взобрался.

Там увидел бел-горюч-камешек.

Из-под бел-горюч-камешка Речка-чистая бежит.

Сел Пастушок на бел-горюч-камешек.

Достал из-за пояска Дудочку.

Подул в нее дыханием своим.

И запела Дудочка-заветная.

И сказала Дудочка-отцовская:

«Ой свети-свети, ясно-Солнышко!

Ой беги ясно-Солнышко по небу!

Ой отсчитывай ясно-Солнышко день-деньской,

Миг за миг, день за день, лето за зиму.

А я – Пастушок,

Ясну-Солнышку дружок,

На дудочке играю –

Лелю славу воспеваю!

Ой беги-беги, Реченька!

Ой струись-теки, чистая!

Отражай Белый Свет собой-зеркалом,

Умывай Белый Свет чистой правдою!

А я – Пастушок,

Чистой-Реченьке – дружок,

На Дудочке играю –

Дане славу воспеваю!

Ой живи-рожай, Земля-матушка!

Приноси, Земля-мать, жертву-вечную!

Ты рожай, Земля-мать, жизнь явную,

Жизнь-явную – быстротечную!

А я – Пастушок,

Земле-матушке – дружок,

На Дудочке играю –

Жизни славу воспеваю!»

 

Пока пела Дудочка свои песенки, Солнышко высоко поднялось.

К самому пригорочку из Речки две Русалки выплыли.

Выплыли – на молоденького Пастушка поглазеть.

Выплыли – песенки Дудочки послушать.

Говорят Русалки Пастушку:

«Пастушок- Пастушок, ты – буйная головушка.

Ты такой хороший.

Ты такой пригожий.

Ты такие красивые песенки знаешь.

Ты такие правдивые песенки поёшь.

Не пора ли тебе отдохнуть?

Пойдём с нами купаться.

Пойдём с нами плескаться.

Пойдём с нами резвиться-веселиться».

Посмотрел Пастушок в луга – корова его спокойно пасётся.

Посмотрел Пастушок в небо – Солнышко высоко висит.

Сильно припекает.

Посмотрел Пастушок на Речку – течёт она, струится.

Течёт Речка, Струится, хрусталём искрится.

Захотелось Пастушку в Речке искупаться.

Захотелось молоденькому с Русалками порезвиться.

Снял он с себя одежду.

Положил на бел-горюч-камешек.

А Дудочку сверху положил.

Сказал Дудочке таковы слова:

«Отдохни, Дудочка.

Отдохни, подруженька.

Мы с тобой Солнышко высоко в небо подняли.

Мы с тобой Реченьку-чистую осветили.

Мы с тобой Золотые Луга оживили.

Корова-кормилица спокойно пасётся.

А я пойду с Русалками поиграю».

И пошёл Пастушок в воду мыться-купаться.

И пошёл Пастушок в воду резвиться-плескаться.

Русалки его в губы жаркие целуют.

Русалки его ручками своими обмывают.

Русалки его хвостиками нежными щекочут.

Моют-целуют-щекочут.

Сами смеются-хохочут.

Накупался Пастушок, наплескался.

Выходиться из воды собрался.

А Русалки ему говорят:

«Пастушок-Пастушок, не ходи на бережок.

Мы под воду уйдём, а ты нас догони».

И ушли Русалки под воду.

А Пастушок за ними вдогонку пустился.

Долго ли, коротко ли плыли – далеко-глубоко заплыли.

Русалки плывут-убегают.

Пастушок плывёт-догоняет.

Плывёт-догоняет – догнать не может.

Выбился Пастушок из последних сил.

Стало под водою так темно, что и Русалок не видно.

Стало под водою так тихо, что и Русалок не слышно.

Испугался Пастушок – увидал другой бережок.

Оглянулся назад – Золотых Лугов не видать отсюда.

Вышел Пастушок на другой бережок.

 

На другом бережке – тише тихого.

На другом бережке – серее серого.

На другом бережке – мертвее мёртвого.

Весь бережок холодным каменем укрыт.

Небо тучами заволокло.

Солнца-красного не видно.

Ветер неподвижным смрадом напоён.

Вода в речке вздыбилась - не течёт.

Говорит Пастушок таковы слова:

«Обманули меня Русалки лживые.

Заманили меня в царство мёртвое-неподвижное.

Заманили меня, Пастушка, и оставили.

Нет со мной Дудочки, чтоб Солнышко в небо поднять.

Нет со мной подруженьки, чтоб Реченьку осветить.

Нет со мной заветной, чтоб берег оживить».

 

Засверкали в небе чёрном огненные молнии.

Загремели в небе чёрном громы грозные.

И явилась Пастушку сама Марена-злющая.

И явилась Пастушку Марена-проклятущая.

Вместо глаз у неё – две чёрных пропасти.

Из ноздрей её – смрад-зловоние исходит.

Из пасти – ядовитая пена стекает.

Из пасти стекает – камни серые разъедает.

Камни серые разъедает – глубоко под землю проникает.

Вместо груди у неё – две скалы чёрные.

Вместо рук у неё – два змея летучие.

Вместо ног у неё – два гада ползучие.

Живот у неё – железный.

Голова у неё – зола истлевшая.

Говорит Марена Пастушку:

«Пастушок-Пастушок, ты меня не бойся.

Это я прислала за тобой Русалок лживых».

Обернулась Марена девой прекрасною.

Говорит Марена Пастушку:

«Как увидела я тело твоё сахарное – покой потеряла.

Как почуяла кровь твою жгучую – любовью к тебе воспылала.

Как услышала я голос твой медовый – захотела любви твоей вечной.

Желанна ли я тебе, как ты мне желанен?

Мила ли я тебе, как ты мне мил?

Люба ли я тебе, как ты мне люб?

Пастушок, Пастушок, отдайся мне».

Подалась дева всем телом своим трепетным к Пастушку.

Протянула дева руки свои нежные к Пастушку.

Обратила дева взор свой призывный к Пастушку.

Говорит Пастушок деве:

Мне желанно Солнышко-красное.

Мне мила Реченька-чистая.

Мне люба Земля-живая.

Не нужна мне твоя любовь.

Не освещает тебя Солнышко-красное.

Не отражает тебя Реченька-чистая.

И Земля-живая тебя не рожала.

Рано мне, Пастушку, помирать в объятиях твоих».

Обернулась дева вновь Мареной-злющей.

Молниями заполыхала.

Громами загромыхала.

Говорит Пастушку таковы слова:

«Никто ещё до тебя не отказывался от любви моей.

Не откажись же и ты от гостеприимства моего.

Оставайся в моём царстве мёртвом живым.

Ты и сам светел, как Солнышко красное.

Ты и сам красив, как Реченька чистая.

Ты и сам правдив, как Земля-живая.

Оставайся жить у меня».

Отвечает Пастушок Марене:

«Не могу я остаться в твоём царстве мёртвом.

На том берегу ждёт меня моя Дудочка-подруженька, одна-одинёшенька.

На том берегу корова моя пасётся без присмотра, одна-одинёшенька.

На том берегу отец-мать меня ждут-плачут, одни-одинёшеньки.

Отпусти меня на живой берег.

Я пришёл к тебе не по своей воле.

Ты меня хитростью сюда заманила».

Разгневалась Марена-злющая.

Рассердилась, проклятущая.

Обратилась в мрак кромешный.

Обратилась в холод студёный.

Обратилась в смрад трупный.

Говорит Пастушку таковы слова:

«Никто ещё не отказывался от гостеприимства моего.

Не откажись же и ты от службы моей.

Никто ещё не уходил из царства моего на берег живой.

Возьми же меня туда с собой.

Возьми меня с собой рабынею верной.

Сделаю для тебя всё, что в моей власти».

Надумал Пастушок Марену обхитрить.

Решил хитростью Марену победить.

Говорит Марене таковы слова:

«Согласен я на службу твою.

Слугой-рабынею тебя с собой возьму.

Сослужи мне службу – отпусти живым».

Отвечает Марена:

«Войди в воду с головой.

Как выйдешь – на живом берегу окажешься».

Вошёл Пастушок в воду с головой.

Вышел из воды – попал на свой бережок.

 

Не успел Пастушок выйти из воды – Речка-чистая камнем застыла.

Взобрался Пастушок на пригорочек.

Оделся-подпоясался.

Взял в руки Дудочку – подул дыханием своим.

Молчит Дудочка-подруженька.

Говорит Пастушок Марене:

«Так вот какова служба твоя?!»

А Марена в ответ смеётся-ухмыляется.

С неба чёрного над Пастушком издевается.

Спустился Пастушок в Золотые Луга.

Смотрит – трава железом ощетинилась.

Цветочки-кустики стеклом застыли.

Птицы певчие улетели.

Роса под землю ушла.

Подбежал Пастушок к корове.

Корова в глыбу каменную обратилась.

Стоит – серее серого.

Говорит Пастушок Марене:

«Не уберёг я корову.

Не уберёг я кормилицу.

Что теперь я скажу отцу-матери?!»

А Марена в ответ смеётся-ухмыляется.

С неба чёрного над Пастушком издевается.

Побежал Пастушок к отцу-матери.

Бежал Пастушок, бежал – ничего вокруг не замечал.

Леса дремучие пробежал.

Бежал Пастушок, бежал – ничего вокруг не замечал.

Болота зыбкие пробежал.

Бежал Пастушок, бежал – ничего вокруг не замечал.

Поля неоглядные пробежал.

Долго ли, коротко ли бежал – к отцу-матери прибежал.

Смотрит Пастушок, а отец с матерью – мертвее мёртвого.

Сидят на крылечке, улыбаются.

Пастушка домой дожидаются.

А сами – не живые.

Говорит Пастушок Марене:

«Обхитрила ты меня, Марена-злющая!

Обвела меня, простачка, Марена-проклятущая!

Весь род пастуший истребила!

Весь Белый Свет погубила!

Сослужила мне, дурачку, службу!

Что мне теперь делать?

Как мне теперь жить?

Куда мне теперь идти?»

Ничего не отвечает Марена Пастушку.

Вместо ответа – смеётся-ухмыляется.

С неба чёрного над Пастушком издевается.

 

Огляделся Пастушок по сторонам.

Вокруг – тише тихого.

Вокруг – серее серого.

Вокруг – мертвее мёртвого.

Ноги сами принесли Пастушка в поля неоглядные.

Посмотрел Пастушок на поля – на полях мрак кромешный.

Ноги сами привели Пастушка в болота зыбкие.

Посмотрел Пастушок на болота – с болот холодом студёным веет.

Ноги сами принесли Пастушка в леса дремучие.

Посмотрел Пастушок на леса – из лесов смратод трупным разит.

Ноги сами вынесли Пастушка в луга железные.

Взобрался Пастушок на пригорочек.

Сел на бел-горюч-камешек.

И полились из глаз Пастушка слёзы горькие.

И заплакал Пастушок жалостно-прежалостно:

«В мёртвом царстве я один одинёшенек.

Кто подскажет мне теперь, что делать?

Кто подскажет мне теперь, как жить?

Кто подскажет мне теперь, куда идти?»

Услыхала Пастушка Дудочка-отцовская.

Разбудили слёзы горькие Дудочку-заветную.

И сказала Пастушку Дудочка-подруженька:

«Пастушок-Пастушок, что же ты натворил?

Свою жизнь сохранил – Белый Свет погубил!»

Спрашивает Пастушок у Дудочки:

«Дудочка-подруженька!

Дудочка заветная!

Дудочка отцовская!

Расскажи, Пастушку, подскажи, как дальше быть?

Как Солнышко на небо водрузить?

Как Реченьку-чистую осветить?

Как Землю-матушку оживить?

Дудочка-подруженька, как дальше жить?

Как Марену победить?»

Отвечала Дудочка:

«Отдай мне свой голос – научу, как дальше жить.

Отдай мне свой плач – научу, как дальше быть.

Отдай мне свой смех – научу, как Марену победить.

Отдай мне своё дыхание!»

Отдал Пастушок своё дыхание медовое Дудочке-подруженьке.

Сам немым стал – тише тихого.

Спрашивает Дудочка у Реченьки:

«Реченька-Реченька, расскажи Пастушку, подскажи, как быть?

Подскажи, как Марену победить – Белый Свет оживить?»

Отвечала Реченька:

«Пастушок-Пастушок, чистой-Реченьке дружок!

Отдай мне свою молодость – научу, как дальше жить.

Отдай мне своё тепло – научу, как дальше быть.

Отдай мне свой свет – научу, как Марену победить.

Отдай мне свою кровь!»

Отдал Пастушок кровь свою кипучую Реченьке.

Сам старым стал – серее серого.

Говорит тогда Реченька:

Когда Лель на Дану посмотрит, Белый Свет оживёт».

Спрашивает Дудочка у Земли:

«Земля-матушка, расскажи Пастушку, подскажи, как быть?

Подскажи, как Марену победить – Белый Свет оживить?

Чтобы Лель на Дану посмотрел?»

Отвечала Земля:

«Пастушок-Пастушок, Земле-матушке дружок!

Отдай мне свою жизнь – научу, как дальше жить.

Отдай мне свои косточки – научу, как дальше быть.

Отдай мне своё мясо – научу, как Марену победить.

Отдай мне своё тело!»

Отдал Пастушок своё тело сахарное Земле.

Сам невидимым стал – мертвее мёртвого.

Сам неслышимым стал – мертвее мёртвого.

Сам невесомым стал – мертвее мёртвого.

 

Поднялся Пастушок в небо.

Смотрит – в небе Дана восседает.

Вместо глаз у неё – озёра синие.

Вместо губ у неё – цветы пахучие.

Вместо волос её – вода живая струится.

Вместо грудей у неё – луга золотые.

Вместо рук у неё – радуги семицветные.

Вместо ног у неё – берёзки стройные.

Живот у неё, как сыра-земля.

Голова у неё, как ясная луна.

Говорит дана Пастушку:

«Светлый Лель!

Посмотри на меня!

Не бойся!

Это я прислала за тобой Дудочку-заветную.

Это я прислала за тобой Реченьку-чистую.

Это я прислала за тобой Землю-матушку.

Как увидела я тело твоё сахарное – покой потеряла.

Как почуяла я кровь твою жгучую – любовью к тебе воспылала.

Как услышала я голос твой медовый – захотела любви твоей вечной.

Желанна ли я тебя, как ты мне желанен?

Мила ли я тебя, как ты мне мил?

Люба ли я тебя, как ты мне люб?

Светлый Лель, посмотри на меня.

Светлый Лель, отдайся мне.»

И подалась Дана всем телом своим трепетным к Пастушку.

И протянула Дана руки свои нежные к Пастушку.

И обратила Дана взор свой призывный к Пастушку.

Говорит Пастушок таковы слова:

«Ты желанна мне, как Солнышко-красное!

Ты мила мне, как Реченька-чистая.

Ты люба мне, как Земля-матушка.

Клянусь я тебе в любви вечной».

 

И засияло на небе Солнышко-красное.

 

Говорит Дана Пастушку:

«Светлый Лель!

Не откажись от гостеприимства моего.

Оставайся в царстве моём Белым Светом.

Ты и сам светел, как Солнышко-красное.

Ты и сам красив, как Реченька-чистая.

Ты и сам правдив, как Земля-живая.

Оставайся жить у меня».

Отвечает Пастушок Дане:

«Я останусь с тобой навеки.

Лишь бы Дудочка моя пела-говорила.

Лишь бы корова-кормилица паслась.

Лишь бы отец с матерью жили не тужили.

 

И потекла-заструилась Реченька-чистая.

 

Обняла Дана Пастушка и говорит:

«Светлый Лель!

Не откажись от службы моей.

Возьми меня с собою рабынею верной.

Сделаю для тебя всё, что в моей власти».

Отвечает Пастушок Дане:

«Согласен я на службу твою.

Беру я тебя с собой рабынею.

Я и сам тебе служить буду вечно.

Я и сам тебе рабом буду верным».

 

И ожила Земля-матушка.

И стала приносить себя в жертву-вечную.

 

И поцеловались Лель с Даной.

 

Спустился Пастушок на свой бережок.

Убежала Марена в царство своё мёртвое.

И теперь уже не ухмыляется.

Над Белым Светом теперь не издевается.

Лёг Пастушок на бел-горюч-камешек.

И отдала ему Земля-матушка тело сахарное.

Искупался Пастушок в Реченьке-чистой.

И отдала ему Реченька кровь кипучую.

Взял Пастушок в руки дудочку-подруженьку.

И отдала ему Дудочка дыхание своё медовое.

Подул Пастушок в Дудочку дыханием своим.

И запела Дудочка-заветная.

И запела Дудочка-отцовская:

«Ой свети-свети, ясно Солнышко!

Ой беги ясно-Солнышко по небу!

Ой отсчитывай Солнышко день-деньской,

Миг за миг, день за день, лето за зиму.

А я – Пастушок,

Ясну-Солнышку дружок,

На Дудочке играю –

Лелю славу воспеваю!

Ой беги-беги, Реченька!

Ой струись-теки, чистая!

Отражай Белый Свет собой-зеркалом,

Умывай Белый Свет чистой правдою!

А я – Пастушок,

Чистой-Реченьке – дружок,

На дудочке играю –

Дане славу воспеваю!

Ой живи-рожай, Земля-матушка!

Приноси, Земля-мать, жертву-вечную!

Ты рожай, земля-мать, жизнь-явную,

Жизнь-явную – быстротечную!

А я – Пастушок,

Земле-матушке – дружок,

На Дудочке играю –

Жизни славу воспеваю!»

 

Пока пела Дудочка, Солнышко-красное низко опустилось.

Вот-вот пригорочка коснётся.

На лугу корова замычала.

Напаслась и домой собралась.

Сунул Пастушок Дудочку за поясок.

И повёл корову домой.

Шёл Пастушок, шёл – леса дремучие прошёл.

Шёл, Пастушок, шёл – болота зыбкие прошёл.

Шёл, Пастушок, шёл – поля неоглядные прошёл.

Долго ли, коротко ли шёл – к отцу-матери пришёл.

Отец с матерью на крыльце сидят.

Живы-живёхоньки.

Сами улыбаются.

Пастушка домой дожидаются.

Накормили Пастушка, напоили.

На лежанку уложили.

Спрашивает отец сына:

«Скажи мне, сынок, скажи, Пастушок!

Играл ли ты на Дудочке?

Встречал ли красно-Солнышко?

Отражалось ли Солнышко в Реченьке-чистой?

Отдавала ли в жертву-вечную себя мать-Земля?

Напаслась ли корова-кормилица наша?

Победил ли ты, сынок, Марену-проклятущую?»

Отвечает сын отцу:

«Я на Дудочке играл.

Красно-Солнышко встречал.

Отражалось Солнышко в Реченьке-чистой.

Отдавала мать-Земля себя в жертву-вечную.

Я корову накормил.

Я Марену победил».

Говорит отец сыну:

«Скажи мне ещё, сынок, скажи мне ещё, Пастушок!

Посмотрел ли Лель на Дану?»

Отвечает сын отцу:

«Лель на Дану посмотрел.

Дана Леля обнимала.

Дана Леля целовала».

Говорит отец сыну:

«Теперь, сынок, спи-отсыпайся.

Новых сил набирайся.

Завтра Дудочке играть.

Тебе Солнышко встречать

И с Мареной воевать».

 

И уснул Пастушок.

Крепко-крепко.

Сладко-сладко.